ОДЕССКАЯ ЛИТЕРАТУРНАЯ АНТОЛОГИЯ «СОЛНЕЧНОЕ СПЛЕТЕНИЕ»
ЭЛАНА
NOLI ME TANGERE
Итак, всё больше и больше народа примыкало в Галилее 30-х гг. к человеку, который был не только гениальным целителем, но и революционером. Революционером Богини. Йешуа напомнил своим землякам, а потом и всему человечеству две её старые забытые идеи (ведь "никто, пив старое вино, не захочет тотчас молодого; ибо говорит: старое лучше" (Лк 5:39).
Первой была идея совершенного общества, которое для упрощения понимания он назвал "царством божьим". Богом же была Совесть. В этом Царстве Совести – гипотетическом Саду Богини - жизнь совершенно отличалась от той, в которой варились "налогоплательщики" Рима. В Саду люди жили так, будто "царство добра" было реальной возможностью внутри Римской империи.
Вторая идея заключалась в том, что все, кто поступал по закону совести - вне зависимости от их национальности и пола - могли жить в этом царстве, основанном на честности перед собой и окружающими.
Sophia Perennis вдохновляла эту революцию духа. Её девизом были слова Йешуа: "Не человек для субботы, а суббота для человека", все искусственные условности – ничто перед безусловной необходимостью Человека в счастье. Само слово суббота - шабат - идентично вавилонскому слову шаппату - "полнолуние", в который в Месопотамии проходил праздник Богини, уравнивавший людей между собой. В понимании Йешуа вся жизнь – это непрерывный Шаппату: люди созданы для счастья – своего и других людей, и никого невозможно выстроить в иерархию из-за их глубокого уважения друг к другу.
Это и есть справедливость. Когда она царила на Земле - тогда никто не голодал. Но потом землю разделили на наделы, одним достались плодородные куски, а другим - камни и песок. Нехватка урожая у одних и избыток его у других обогащали вторых за счёт первых. Голодающие закладывали и теряли свою землю, и продавали в рабство своих детей, чтобы спасти от голода хотя бы их (Неем 5:1-5). А сами угасали... Именно их Йешуа и приглашал к своему открытому столу - к плодам Сада. Для потерявших всё, что было им дорого, это становилось настоящим спасением - от отчаяния и голодной смерти.
Или от самоубийства: многие, даже имея средства, жестоко страдали от мук совести, болезни или потерь. Команда Йешуа спасала всех, кто нуждался не только в физическом тепле, но и душевном. Она вытаскивала людей из их внутреннего персонального ада и приглашала в "царство божье", где никто не был одинок: ни мужчины, ни женщины.
В этом и состояло пресловутое "спасение" - спасение живых, а не мёртвых.
2.
Поднявшись в Галилее, волна этих идей пошла на юг... И наткнулась на волнорез: несмотря на бурлящую вокруг эллинизацию, "лучшая половина" Иудеи оставалась выключенной из социальной жизни и образования. Слова, означающие учёную женщину (mathetria) и женщину-апостола (talmida) в Иудее практически не применялись. Если со времён царицы Саломеи-Александры во всех селениях открывались школы для мальчиков, то для девочек слово "учёба" так и осталось синонимом греха. Иудейки не могли свидетельствовать в судах, не допускались к общинной и государственной службе. Особо воспрещалось допускать их к должности судьи. Просто беседуя с женщиной, мужчина рисковал погубить свою душу......
Что за бред? А как же Дебора? Эсфирь?? Юдифь??? "От края до края земли нет такой жены по красоте лица и по разумным речам", - говорили о Юдифи. Иудей Мордехай и персидский царь вели беседы с Эсфирью, а великий израильский полководец Барак отказывался идти в бой без Деборы. "Барак сказал ей: если ты пойдешь со мною, пойду; а если не пойдешь со мною, не пойду. Она сказала: пойти пойду с тобою; только не тебе уже будет слава на сём пути"...
В древнееврейских традициях есть два направления, две мифологии. Первая - самая древняя – провозглашает женщину шедевром, венцом творения: Ева превратила в совершенства все недостатки Лилит. Остатки этой традиции сохранились в образах пророчиц Олдамы и Мириам. Красивых и трогательных Руфи и Авигеи. Героических и прекрасных Юдифи, Эсфирь, Яили и Деборы.
И многих других, менее известных героинь. Например, две повивальные бабки - Шифра и Фуа - не подчинились приказу фараона и не стали бросать в Нил новорожденных мальчиков. Пять Салпаадовых дочерей (причём все пять названы по именам) потребовали у Моисея имущество своего отца. Дочери Шаллума - "начальника полуокруга" - восстанавливали стены Иерусалима.
А вторая традиция считает женщину никчемной похотливой соблазнительницей. Её моральное уродство - причина всех бед. Из-за неё произошло грехопадение. Она лжива и лицемерна, как жёны Ноя, Лота, Потифара. Как дочери Лота, совратившие родного отца. Они недостойны имён, и если в книге Бытия почти все женщины названы по имени, а имя - это слово, которое есть бог, то дальше появляются безымянные женщины.
Нет имён у матери Сисары, Галаадовой жены и героини - звезды - битвы за Тевец, убившей врага мельничным жерновом.
Безымянны несчастная наложница левита и дочь Иеффая Галаадитянина, которую отец принёс в жертву в честь победы над аммонитянами. Не названа по имени ни одна из Силомских девиц... Осталась без имени даже мать великого Самсона, хотя известно имя его отца - Маной. Безымянна и филистимлянка, ставшая женой Самсона.
После религиозных реформ Иосии, а позже Эзры, женщину ограничили домашними делами и материнством. Её жизнь проходила в стенах дома, покидать который она могла лишь изредка, например, для участия в похоронах: считалось, что люди уходят из жизни из-за Евиного греха. Мидраши учили, что Бог никогда не унизился бы до того, чтобы разговаривать с женщиной, если бы не её грех (имея в виду "слово к Еве" в Бытии 3:16).
В такой обстановке и появилась в Иудее команда Йешуа.
3.
Память о Богине была там жива, но спала. Йешуа разбудил её, отрицая возведённую в ранг справедливости жестокость. Вопреки ей он открыто прощает влюблённую не в мужа женщину (Ин 8:3-11): "кто из вас без греха - первый брось в неё камень". Основа его Движения - не жестокость, а любовь.
С любовью же он принимает финансовую помощь от галилейских и иудейских землевладелиц (Лк 8:2), позволяет "грешнице" мазать себя миром, разделяет трапезу с недругами фарисеями и принимает людей такими, какие они есть, прощая их ошибки. "Кто много любит - тому многое и прощается". Он выходит сам и выводит других за пределы догм, зажавшие общество в тиски. Он показывает людям, что они - не толпа, а Команда Богини.
Так почему же самое раннее из Евангелий появилось только через полвека после его смерти? Не потому ли, что мыслящую команду было невозможно зазомбировать, как толпу?..
К тому времени большинство друзей Йешуа – очевидцев его жизни - умерли от старости либо погибли в ходе жестоких антихристианских погромов. Более того, как и в случае Сократа, до нас не дошло ни строки, написанной самим Йешуа. Не считая себя ни Мессией ни основоположником новой религии, он не оставил никакой программы для её основания. Его Богом была совесть, движущей силой - любовь, а конечной целью - гармония.
Но именно гармонии достичь труднее всего. И, едва возникнув, учение "об Иисусе" тут же отклонилось от Учения самого Иисуса. Его последователи разделились на несколько групп. Как обычно, перевес получила самая богатая и влиятельная из них. Её возглавил "киликийский пират" - римский гражданин Саул. В результате весь Новый Завет написан либо им самим, либо его сторонниками - людьми, не знавшими Йешуа лично и даже не жившими в Палестине.
Те же, кто знал его, мешали им напоминаниями о стремлении Учителя не к мировому господству, а к "царству Божьему" в душе. И потому Рим безжалостно уничтожил всех, кто знал Учение из первых рук. Кое-кому удалось бежать на юг Франции. Последние пали накануне римско-иудейской войны: тогда были убиты Пётр и младший брат Йешуа Яков - первый епископ Иерусалимской церкви. На их костях поднималась церковь Римская. Её репрессии против семьи Йешуа – это смертный приговор так называемому традиционному христианству.
Избегая его, церковь отказала Йешуа в наличии у него родных братьев и сестёр. Появилась концепция Приснодевственности, по которой мать Йешуа не только зачала его без секса, но осталась девственницей и после его рождения и потому никак не могла иметь других детей. Когда в IV в. свободомыслящий римский "киник" Иовиниан стал учить, что, родив, Мария потеряла девственность, его отлучили от церкви. Вся информация о семье Йешуа была строго засекречена, а его братья и сёстры объявлены двоюродными либо сводными - детьми Иосифа от мифического первого брака.
Когда было объявлено, что Йешуа был холостяком, Марии Магдалине пришлось бежать от преследований в Эфес. Только через восемьсот лет византийский император Лев Философ перенёс её останки из Эфеса в Константинополь. Неизвестно, когда и как она умерла, как и неизвестны судьбы многих других апостолов, хотя в то время уже писалась история христианства.
Рим ещё долго расправлялся со всеми, кто владел информацией об историческом Йешуа. В IV в., например, он объявил врагами христианства монтанистов, и вскоре римская армия без боя взяла беззащитный "святой город" Пепузу. "Солдаты Христа" разрушили христианский монастырь, разбили гроб с останками его основателя, растоптали его кости... Найти хоть какой-то намёк на стёртый с лица Земли "Небесный Иерусалим" долгие века было нереально.
Люди должны были знать лишь одну интерпретацию слов и дел Учителя. В результате два миллиарда христиан убеждены, что "верят в Иисуса Христа", понятия не имея, во что верил сам Иисус и считал ли он себя Христом. Его "биографии" противоречат одна другой, потому что много раз переписывались, меняя характеры и роли участников.
И особенно коснулась эта подмена двух самых близких женщин Йешуа.
4.
Когда в IV в. мать Йешуа Мария стала самым важным человеком в его жизни, она вытеснила с этого места другую Марию. И той пришлось не просто уступить тёзке, но и поменяться с ней местами.
До сих пор Марию Магдалину считают бывшей проституткой. Яркий имидж "кающейся грешницы", сексуально раскрученный католиками, не пошатнули ни научные открытия, ни книги Наг Хаммади, ни данный ей православием статус равноапостольной. "Раскрутку" лжеимиджа облегчило то, что у Луки слова об изгнании из Магдалины семи бесов (8:1-3) следуют сразу за рассказом о безымянной "грешнице", помазавшей Йешуа миром. Лука не раскрывает её инкогнито, полагая, что и так ясно: любое женское самовыражение, любой её выход за рамки догм - это "грех". Со временем грех был ассоциирован с блудом, а история Луки смешана с историями женщин, мазавших Учителя у Марка и Иоанна. Последний назвал мазавшую Марией, сестрой Марфы и Лазаря. Так родилась легенда о блудной сестре Лазаря Марии Магдалине.
Но Магдалина и сестра Лазаря - это разные женщины. Первая жила в большом торговом городе Мигдаль на юге Галилейского моря - то есть, в Галилее. Вторая - в крохотной деревеньке Вифании под Иерусалимом - то есть, в Иудее. И обе они не имели ничего общего с третьей - загадочной безымянной "грешницей". Их отождествление не было ошибочным: так Рим пытался сократить число женщин в окружении Йешуа. Начало этому положил антипапа Ипполит, написав, что воскресший Иисус явился сёстрам Лазаря, хотя все Евангелия называют Магдалину. Подхватив эту "свежую" идею, Рим объявил, что все описанные евангелиями помазания совершила одна и та же женщина.
На самом деле их было три: Магдалина, сестра Лазаря Мария и безымянная "грешница". Все три были ученицами Йешуа, но именно Магдалина сыграла в раннем христианстве роль, какую в традиции Исхода играла пророчица Мариам. Согласно всем Евангелиям - каноническим и неканоническим - Магдалина была самым близким человеком Йешуа. Во всех Евангелиях она находится рядом с ним как первая из его учеников. И во всех Евангелиях она возглавляет учениц, оставшихся с Йешуа после того, как ученики разбежались от страха. В каноне её имя упомянуто 14 раз - больше, чем имя любой другой ученицы Йешуа.
Где была в это время его мать? По свидетельству трёх из четырёх евангелистов, она оставалась в Галилее. Ранняя церковь очень сокрушалась из-за того, что Мария не воспринимала своего сына и его дело всерьёз. И под крест её ставит только самый поздний евангелист - Иоанн.
Но именно он и признаёт близкие отношения Йешуа с Магдалиной: после воскресения он является именно ей, называя её женой. Когда плачущая женщина узнаёт своего любимого, она спешит обнять его. Этот порыв указывает на то, что Магдалина привыкла к физическим контактам с Йешуа. Но в этот раз он просит её не прикасаться к нему.
Noli me tangere - это предупреждение Иисуса было истолковано церковниками как его отвращение к прикосновению женщины. На самом деле его воскресшее тело находилось в состоянии опасной духовной силы - маны, и контакт мог быть опасен именно для Магдалины. Есть и более земное объяснение: тело Йешуа было так изранено при распятии, что любое прикосновение причиняло ему невыносимую боль.
Тем не менее, именно Магдалине он поручил оповестить людей о своём воскресении. Раннехристианские художники и скульпторы часто изображали, как, возвышаясь над испуганными апостолами, Магдалина сообщает им радостную весть.
Они изображали это до IV в., а потом ...перестали. Более того, многие из ранних произведений стали уничтожаться. Что же случилось в IV в.? Так и не сумев победить Движение, Рим решил его возглавить. По Миланскому эдикту (как по Жванецкому: "не смог предотвратить - возглавь") Рим назначил христианство государственной религией своей империи. Ранних христиан - пацифистов и вегетарианцев - поставили под военное знамя Константина с намалёванным на нём крестообразным символом смерти.
Считается, что именно тогда авторитет "апостола апостолов" Магдалины стал мешать милитаризации церкви. Поэтому церковники низвели её на уровень кающейся проститутки, всхлипывающей грешницы у ног Иисуса, отирающей их своими волосами.
Считается, что "апостола апостолов" окончательно записал в проститутки римский папа Григорий. Но есть маленькое "но": кому в первую очередь придёт в голову окрестить успешную женщину проституткой - мужчине или другой женщине? Кто именно - мужчина или женщина - бросит это слово вслед вызвавшей зависть сопернице?
... Ответ однозначен: сherchez la fеmme. И хотя она грозно предупреждает: noli me tangere, но найдя её, мы найдём и ещё несколько захватывающих ответов.
